Otrdiena, 14 Februāris 2017 20:44

Тайны Саласпилса

Лес в Саласпилсе даже далеко за пределами мемориала буквально растет на костях, а на небольшой глубине когда–то были метровые слои пепла от сожженных тел узников лагеря смерти… Однако сколько нацисты убили здесь людей, неизвестно по сей день: официальные "придворные историки" ЛР утверждают — менее 2 000, а по данным Чрезвычайной республиканской комиссии, проводившей расследование в 1944–м, — более 53 000 человек. Группа независимых историков и краеведов во главе с Игорем ГУСЕВЫМ, Владимиром БОГОВЫМ и Вячеславом РУКИСОМ начала собственное расследование. Корреспонденты "ВЕСТЕЙ" присоединились к ним.

Земля отдает кости

Осень — не лучшее время для поездки в саласпилсский лес. Дожди размыли дорожки, мох мокрый, земля рыхлая — и стоит сделать неверный шаг, продавить ногой верхний мягкий слой почвы, как вдруг… показываются человеческие кости. Около ямок, вырытых кротами, и среди корней деревьев можно найти остатки одежды и обуви убитых узников. Жуткое место! Поисковики, которые не первый год изучают эту местность, рассказывают страшные истории: смотришь, среди листвы какой–то предмет лежит, поднимаешь его, а это — кость; пройдешь пару метров дальше, взрыхлишь ногой землю, и там — еще!

Собственно в Саласпилсском мемориальном комплексе такие жуткие находки давно редкость, но только не за его пределами. Ведь территория лагеря (его немецкое название — "Куртенгоф") намного больше места, где построен памятный ансамбль площадью 630 метров на 450…

Директор мемориала Юрис ВРУБЛЕВСКИС встретил вашего автора у входа в музей — у стены, где высечены символические зарубки: каждый день по одной — с того момента, как нацисты построили лагерь, и до освобождения узников советскими войсками. Официальная дата освобождения — 27 сентября 1944–го. Но уже за несколько дней до этого от лагеря практически ничего не осталось: нацистская спецбригада сожгла строения и главное — архивы.

Именно потому, что архивы были полностью уничтожены, а остались лишь отдельные документы, вывезенные из страны во время войны, до сих пор ведутся споры: какой был статус у лагеря, сколько нацисты согнали туда людей и убили? А еще и "политическая составляющая" вопроса многим покоя не дает — известно же, какой стороне многие политики Латвии явно симпатизируют…

— Убили здесь 2 тысячи человек или 53 тысячи — в любом случае место страшное. Многие рассказывали: если задерживались тут дотемна — слышали стоны. Словно земля стонет, — говорит Юрис Врублевскис. — Я слежу за территорией, но стараюсь подходить к процессу строго профессионально, не думая о том, ЧТО здесь было в годы войны, иначе тут через каждый метр надо падать на колени и проливать слезы…

Сейчас и Игорь ГУСЕВ, и Владимир БОГОВ занимаются тем, что общими силами пытаются точно воссоздать "картину прошлого", а именно: какие конкретно и где именно находились постройки, их предназначение и нумерация, размер и так далее. У историков есть два плана лагеря — похожие, но с небольшими отличиями. И по первому, и по второму видно, что мемориал, открытый в 1967–м, исключительно символичен, но исторически неточен.

— Вначале, когда лагерь только стали строить, осенью 1941–го, он даже не был окружен колючей проволокой, территорию охраняли автоматчики с вышек, — говорит Владимир. — На земле до сих пор можно найти искусственные насыпи, где стояли те самые вышки. С одной стороны их было две, с другой, где находилась "жилая зона", четыре — для усиленного контроля…

А вот и куски колючей проволоки по периметру лагеря. "Советская "колючка" и немецкая отличались. У немцев "шипы" следовали чаще. Куски ржавой проволоки лежат около канавы, едва засыпанные землей и гнилой листвой. На расстоянии примерно 300 метров находим люк от пожарного гидранта. Немецкий или советский?

— Скорее всего, немецкий, но сбиты все знаки… Около каждого барака в лагере обязательно был гидрант, и в помещении находился человек, отвечающий за пожарную безопасность. Нацисты были хорошими "хозяйственниками": зачем рабов "просто так" сжигать, ведь это деньги, заключенных можно было "сдавать в аренду" на производства в Ригу, — говорит Богов.

Дальше — так называемый "расстрельный камень": большую серую плиту поставили в советские годы в том месте, где нацисты казнили узников. Хотя, на самом деле, именно в этом месте не казнили, здесь был один из входов в лагерь, а расстреливали чуть дальше, в лесу. Несколько лет назад сюда приезжал бывший узник, еврей, показал точное место расстрелов и за свой счет поставил черный гранитный памятник.

Вдоль всего периметра канавы земля изрыта окопами. Правда, к какому они относятся периоду, теперь сказать сложно: к немецкому или советскому (после войны часть территории бывшего лагеря отвели под стрельбище)…

 

Шелковое белье и виселица

 

Центральный вход в лагерь и его ворота располагались ближе, чем начинается дорожка к мемориалу. А там, где теперь главное здание памятного ансамбля, стоял барак: в нем жили охранники и отдельно — старшина лагеря Альбертс ВИДУЖС. Почти напротив, справа, находилась баня и помещение для дезинфекции. Первое время заключенные в лагере носили шелковое белье. Почему? Чтобы вшей не было. Шили его сами же узники из шелковых женских платьев, которые нацисты собирали после расстрела евреев — людей "не той расы"…

По левую сторону от входа до сих пор можно разобрать по рельефу на земле, что когда–то тут были строения. Да, здесь находились здания столярной и механической мастерских размером 9х20 метров. Их строили так: забивались деревянные сваи, на них крепился каркас здания, пол оставался земляным, но посыпанный опилками и с дощатым настилом.

— Здесь, я полагаю, никакие раскопки не проводились. И место, как видите, давно поросло сосенками и березками, — замечает Владимир.

На территории лагеря после войны сохранились несколько уцелевших бараков. Поначалу в них содержались немецкие военнопленные. Потом территорию стали использовать советские военные в своих целях. Говорят, в 1950–х в бараках еще жили семьи солдат, служивших рядом и приезжавших на стрельбище. По крайней мере, так рассказывал один из скульпторов мемориала Олег СКАРАЙНИС. Поговаривают, одна из каменных мемориальных скульптур Rot Front — его автопортрет. Сам Скарайнис тоже был узником концлагеря, только не в 

Латвии, а в Германии…

В центре зеленого поля неподалеку от каменной фигуры "Несломленный" легко найти место, где стояла главная лагерная смотровая вышка, которая одновременно была и водонапорной башней. Земля в том месте, где под вышкой проходили коммуникации, по сей день постоянно оседает, и люди, следящие за мемориалом, каждый год привозят сюда грунт — досыпают, утрамбовывают, но он снова проваливается…

Если место вышки можно определить, то участок, где была виселица, порос травой. Вначале нацисты поставили ее неподалеку от входа, но потом перенесли почти в самый центр лагеря. Сейчас якобы в том месте, где вешали узников, есть мемориальный камень, но все равно он метров на 20 в стороне: это Владимиру удалось определить по архивным фотографиям… За виселицей были бараки, дальше — огороды, где выращивали то немногое, чем кормили узников…

Как "лечили" детей

Можно идентифицировать и место, где действительно стояла амбулатория (мемориальный камень расположен чуть дальше), в которой "лечили" детей. Рядом находился детский барак. Сколько в нем было несовершеннолетних и даже младенцев? А скольких убили нацистские нелюди? Историки до сих пор называют разные цифры.

По данным Чрезвычайной республиканской комиссии 1944 года, в лагере погибло 7 000 детей. А, например, "придворный историк" Генрих СТРОДС в книге Salaspils koncentrācijas nometne пишет, ссылаясь на воспоминания бывших заключенных Артура НЕПАРТСА (одно время он был помощником старшины лагеря) и Вилиса РИЕКСТИНЬША:

"В Латвийской Советской энциклопедии указано, что в Саласпилсе умерщвлено около 7 000 детей. Вопреки этим данным Риекстиньш писал: "В лагере Саласпилса никогда не были тысячи детей. По всем этим детям у меня была картотека, и их число не превышало 300–400. Большая их часть умерла от кори и тифа, поскольку не хватало медикаментов…"

Но упомянутый историк, цитируя в книге заключение комиссии, приводит документ не полностью — далее то, чего нет у Стродса:

"При раскопках только одной пятой части территории в 54 могилах обнаружено 632 детских трупа в возрасте от 5 до 9 лет, в большинстве могил трупы расположены в два–три слоя. На расстоянии 150 метров от кладбища по направлению железной дороги Рига–Огре имеется площадь сожжения трупов размером 25х27 квадратных метров, глубина сожженного слоя достигает одного метра, среди костей взрослых людей обнаружено во множестве и кости детей 5–7–9–летнего возраста…"

Остается лишь догадываться, сколько трупов сожгли, чтобы было столько пепла. Точную цифру не определить: невозможно "по пеплу" подсчитать количество жертв. Но уж не 300–400, как выдает у Стродса Риекстиньш.

В документах, собранных комиссией, говорится, что смертность детей в среднем составляла 350–400 человек в месяц (!) с 1943 по 1944 год. По предварительным данным, в 1942–м умерло 500 детей, а в 1943–1944 еще около 6 000. Из заявления бывшей заключенной Эвелины ВИБЫ: "Детей немцы помещали в специальный барак, и они там десятками умирали. Только в марте 1942 года умерло 700 детей, об этом мне рассказывали ухаживавшие за ними…" Сохранился и протокол допроса медсестры амбулатория Велты ВЕСКЕ: "В больнице лагеря было 120 детских мест. Ежедневно умирало до 5 детей". Освободившееся место погибшего вскоре занимал еще живой малыш…

Свидетель Я. РИТОВ показал: "В концлагере в августе 1944 года было около 400 детей. Из Берлина поступил приказ о поголовном уничтожении этих детей… К лагерю подъехал грузовик СС, в котором находилось около 40 детей, собранных по другим лагерям. Их охраняли 10 эсэсовцев, вооруженных автоматами"…

Трудом "исправляли" посмертно

— Не утихают споры и о том, каков был статус лагеря. А все потому, что было три периода в истории лагеря, — говорит Владимир Богов. — Первый период, когда здесь содержалось еврейское население, Саласпилс был "лагерем смерти": нацисты целенаправленно уничтожали евреев. Второй период, когда в лагерь начали доставлять латвийское население, можно обозначить как "исправительно–трудовой". Для латышей лагерь вообще был "расширенной тюрьмой". Некоторые заключенные имели право даже встречаться с родственниками и получать от них посылки. Их стали сюда свозить с мая 1942–го, поскольку нацистам надо было "разгрузить тюрьмы" в Латвии. Известно, в декабре 1943–го здесь держали 204 легионера–дезертира, из которых 101 был латыши, остальные — эстонцы и литовцы. В лагере их содержали отдельно, до 6 месяцев.

Когда немцы поняли, что проиграли войну, погнали легионеров в курляндский котел, чтобы те на передовой кровью искупили предательство. Но многим из легионеров удалось бежать вновь: они переплыли на лодках на шведский остров Готланд. Правда, оттуда их шведское правительство после войны передало советским властям. Легионеров погрузили в вагончики и отправили в Сибирь. К слову, среди легионеров до сих пор нет согласья: одни ведь были добровольцами, а другие, в глазах первых, — предателями…

Латышей немцы в лагере целенаправленно не уничтожали — не было к ним особых "расовых претензий". И белорусов старались особенно не уничтожать, поскольку их продавали в рабство на предприятия; также они трудились на каменоломне в местечке Сауриеши. Кстати, именно с этой каменоломни узники тайно вынесли динамит, чтобы взорвать коменданта лагеря Курта Краузе (бывший комендант Рижского гетто). Среди узников существовала тайная организация. Но взрыв прогремел в ином месте, недалеко от каменоломни. Потом всех разоблачили, и более 100 человек казнили. В другой раз в Краузе бросили гранатой, но его лишь задело осколком, остался жив.

Перейдем к третьему периоду, когда лагерь стал "концентрационным": сюда доставляли мирное население из западных областей России и Белоруссии. О неработоспособных не заботились и старались избавиться, питание и медицинское обслуживание в лагере тоже не способствовало выживанию. Для многих белорусов лагерь был "транзитный" (с 1943–го по 1944–й) перед отправкой в Германию…

Но любое разделение довольно условно. В 2007–м группа латышских историков провела исследование переписки командира рижского гестапо Рихарда Ланге с руководством в Германии. Ланге писал, что в Саласпилсе расширенная полицейская тюрьма и исправительно–трудовой лагерь. Это было исключительно в интересах Ланге, ведь как только лагерь менял статус на "концентрационный", он тут же переходил в прямое подчинение Берлину, а так всем руководил рижский гестаповец.

Заинтересованность Ланге была в том, чтобы заключенные работали на разных предприятиях — за них платили деньги. Ланге фактически был рабовладельцем. Вот отсюда и информация у латышских историков, что в Саласпилсе был лишь "исправительно–трудовой" лагерь…

В поисках правды

— Стродс в упомянутой книге (занимает видное место в Музее оккупации) утверждает, что в лагере было максимум 12 000 жителей Латвии, не считая тех, кого пригнали из России и Белоруссии, а также евреев. А остальных цифр как бы нет… Да, реальные цифры и вправду назвать сложно, — подчеркивает наш собеседник.

— Чрезвычайная комиссия в начале ноября 1944–го указала, что всего через лагерь прошло 40 000 заключенных, но в конце месяца дополняет — 70 000, а убиты были 53 000 узников. Тоже спорные цифры…

А сколько в лагере было евреев? Историк Маргер Вестерманис полагает, что содержали 5 000 евреев. Но опять же — точно неизвестно. Энциклопедия национал–социалистических лагерей Германии указывает: в "Куртенгоф" было 7 000 евреев. А по данным чрезвычайной комиссии — 20 000. Какую цифру выбрать? Более - менее точно известно, что в декабре 1941–го тут было около 1 100 евреев. Оно и логично, поскольку тогда их негде было содержать — бараки лишь начали строить.

К маю 1942–го на территории стояло только четыре барака, в каждом из которых могли находиться 350–500 узников. Есть основания полагать, что вначале в лагерь доставили не более 2 000 евреев. Но сколько точно их пригнали потом? Нет достоверных данных. Откуда же цифра 20 000? В архивах сохранились "транспортные листы", где указано, что в Ригу нацисты привезли в декабре 1941–го 20 000 евреев: часть их отправили в Рижское гетто, остальных в Румбулу, в Бикерниеки и в Саласпилс.

Стродс пишет, будто в лагере всего убили 2 000 человек (это включая евреев!). Но "придворный историк" делает такое умозаключение по воспоминаниям лагерного фельдшера Яниса ШАЛКОВИЦА и бывшего помощника старшины лагеря НЕПАРТСА. Несерьезно! Довольно точные технические подсчеты показывают, что одновременно 24 жилых барака в лагере могли вместить до 15 000 человек. Впрочем, это лишь максимальное расчетное число вместимости лагеря, не факт, что действительно такое количество людей там было. Но ведь одних убивали, других пересылали дальше на Запад, на их место нацисты пригоняли других…

Дорога цвета крови

Мы выходим на дорогу, которая вела из лагеря к месту, где нацисты уже перед самым отступлением прятали трупы — на старом гарнизонном кладбище.

До революции там, где сейчас город Саласпилс, размещался Петровский лагерь. Во времена ПЕТРА ВЕЛИКОГО, когда он в 1710–м штурмовал Ригу, там находилась его штаб–квартира. И место, по традиции, называли Петровским лагерем даже века спустя. Во времена НИКОЛАЯ II в нем находился летний лагерь войск Рижского гарнизона, а там, где теперь мемориал жертвам концлагеря, у солдат было стрельбище, и в стороне — кладбище с часовней. Но в годы Первой мировой здесь людей уже не хоронили, а в 1920–е кладбище было заброшено (хотя на картах Первой республики оно еще отмечено).

В 1944–м, когда Латвию заняли советские войска, здесь решили провести эксгумацию. Хоть нацисты перед отступлением и пытались скрыть места захоронений узников, но многое в земле осталось. Есть протоколы судмедэкспертизы, подписанные в том числе и Вилисом ЛАЦИСОМ (главой правительства Латвийской ССР. — Ред.), где сказано, что, например, на кладбище около креста унтер–офицера САВЕЛЬЕВА (скончался в 1895–м) нашли братскую могилу с 20 недавно закопанными телами. Нацисты прятали трупы возле старых могил! И здесь буквально все вперемешку: кости солдат царской армии — и узников лагеря…

В прошлом году в этом месте Игорь Гусев с единомышленниками организовывали субботники. Во время одной уборки территории нашли в земле кости и фрагменты обуви, которые Игорь сдал полиции для экспертизы. Спустя пару недель эксперты подтвердили: кости, найденные на месте, где нацисты казнили заключенных, относятся ко времени Великой Отечественной. После этого Игорь договорился о перезахоронении останков на кладбище, организовал установку креста над могилой, а священник отслужил литургию.

Сейчас территорию гарнизонного кладбища поисковики с разрешения акционерного общества Rīgas meži (ему принадлежит земля) взяли под свой контроль. Историкам предстоит еще очень много работы, чтобы собрать максимум информации о лагере Саласпилса…

Документ

"При раскопках только одной пятой части территории в 54 могилах обнаружено 632 детских трупа в возрасте от 5 до 9 лет, в большинстве могил трупы расположены в два–три слоя. На расстоянии 150 метров от кладбища по направлению железной дороги Рига — Огре имеется площадь сожжения трупов размером 25х27 квадратных метров, глубина сожженного слоя достигает одного метра, среди костей взрослых людей обнаружено во множестве и кости детей 5–7–9–летнего возраста…"

По данным Чрезвычайной республиканской комиссии, проводившей расследование в 1944 году

 

Papildus informācija

  • Autors: Игорь Мейден
  • Izdevums: Тайны Саласпилса // «Вести»,12 ноября 2009 г.
  • Publicējuma gads: Februāris. 2009
©2019 Mūsu atmiņas MEMORIĀLS. Dizains un saita atbalsts: Xprint media

Meklēt